Бумажные мысли

У меня есть луна и цепь. Есть луна. И цепь. Восемнадцать шагов по кругу если идти внатяг.
Есть забор за которым я чую и лес, и степь, и детей, что-то знающих о летящих в меня камнях.
У меня есть Бог! Бог даёт мне еду и кров. И ошейник, до шкуры протёрший густую шерсть.
И свободы периметр-трижды по шесть шагов… на цепи. Возле будки. Где толком ни лечь, ни сесть,
Сквозь кинжальный булат желтоватой кости клыков, с переливистым лаем, унылая волчья песнь
Рвётся в небо ночами, мою будоражит кровь… Но мой бог не выносит песен…
Так что меня держит здесь?!
Цепь? забор? Или вздорные детские голоса от которых мурашки по коже и горлом рык.
Я, свернувшись клубком, притворяюсь мёртвым, закрыв глаза, и молюсь что бы мне не попался никто из них.
Я виляю хвостом… Эй, смотрите, это идёт мой Бог! Так срастался, возможно, с карающей дланью разящий меч.
У меня есть долг. У меня есть священный долг. Защищать и хранить. Не пытаясь. Себя. Сберечь.

Ты не бросишь меня, не оставишь? Ты будешь рядом?
Кто бы знал как мне в тягость бороться за каждый вдох.
Я с такой высоты, оступившись, о камни грянул,
Что наверное, вряд ли бы кто-то подняться б смог.

Не молчи!!! Если хочешь ударь, обзови скотиной,
Извини, дорогая, но кажется в этот раз,
Я не встану ни с помощью ласки, ни хворостины.
Я не плачу. Мне попросту что-то попало глаз.

Сколько раз я, хрустя переломанными костями,
Кровью фыркая и богохульствуя пёр наверх?
Для того, чтобы звёзды тебе в подарок таскать горстями.
На такой высоте, веришь, звёзды порой с орех.
… показать весь текст …

Порвётся там, где изначально непрочно.
Кто слышал как поют ангелы?
Сквозь запах мяты и дождя, ночью,
Я наблюдал как вниз они падали.
С овчинку небо, там, видать, тесно.
И рай закрыт, и может так статься,
Что раз уж ангелам там нет места,
Тогда и нам нет смысла ввысь рваться.
Они тонули в крике и пламени,
Окрест себя усыпав всё пеплом,
Они ломали крылья о камни,
А небо было глухо и слепо.
И стать святым сегодня ночью несложно.
Но не пристало, мне, язычнику, каяться,
… показать весь текст …

Не задерживая взгляда на одном и том же месте
Вижу даль, и то что рядом, вижу врозь и вижу вместе.
Вижу дно в пустом стакане, шарик перекати-поля,
Облака под сапогами и звезду на небосклоне.
Тёплый бриз над синим морем, лёгкий ласковый и нежный,
Свежий, пахнущий простором, кораблями и надеждой.
Вижу нас. Мы в этом лете, захлебнулись чудесами.
Я дарил тебе рассветы, возносил на пьедесталы.
И восторженно, до дрожи, жадно пил тебя глазами.
Это время не вернёшь, но мы же этого не знали.
Вижу, робких, скороспелых, суетливыми губами,
Поцелуев неумелых под фонарными столбами
Беззастенчивую жадность. Вижу, как касаясь в танце,
Две души в одну сплетались, словно скрещенные пальцы.
… показать весь текст …

На войне всё просто. Вот ты, а вон там враги. Территория танцев смерти, свинцовых ливней.
И ладони в красном, а рядом твой друг хрипит, и прощения просит зрачками своими синими.
А вокруг автоматный кашель, фугасный свист, хруст земли на зубах, кровь запёкшаяся под ногтями.
Он затих, лежит и не дышит уже почти. Ты кричишь… и дальше помнишь уже частями.
Вот сержант, на кулак намотавший свои кишки, что б в атаку идти не мешали, путаясь под ногами,
Держит связку гранат, матерится, его штормит… П…
… показать весь текст …

Было холодно, было тихо…
Крыльев цвета каленой стали
мы зрачками ловили блики,
безраздельно сплетясь корнями.
Плохо — это еще не «лихо».
Двое — это еще не «стая»,
в небе лютом, седом и диком,
и усеянном сплошь камнями…
Мне ль ты хохотом скоморошьим
или звоном кандальным станешь?
Может, это мне только снится?
Можно ль вечно сквозь небо падать?
Если нужен я хоть на грошик —
бросишь?
… показать весь текст …

Думаешь, легко не щурясь, молча, ожидать выстрела,
Когда колотит дрожь, а спину заливает ледяным потом?
Пять, четыре, три,-служивый, ты ведь тоже из рабов чисел?
Носишь крестик, богу молишься, а ходишь на поклон к чёрту.
Ты меня своим аршином лезешь по себе мерить?
Волк не станет по команде, за тарелку щей, лаять.
Небо, из моих зрачков, рычит и скалится седым зверем,
Но оно тебя не видит и не отражает.
Два, один-Огонь!-ты знаешь, твой огонь-ветер.
Он такой же быстрый, но вдобавок обжигает.
Тень, танцуя умирает в белом, не-живом, свете,
Кажется, что падаю, а чувствую что взлетаю.
Там внизу, теперь пустая оболочка. Этот
Нервничает, быстро курит, много суетится.
… показать весь текст …

Нет меня и не было никогда.
Соль-слеза на вкус горька как полынь-трава.
Зеркала слепы, видишь, нет меня в зеркалах!
Если нет меня, кто попомнит мои слова?
Мне бы вспять, да насмерть спутаны берега.
Время-ручеек, море-окиян, время-путь-река.
Не оставит след, не увязнет в песке нога.
Я б и дальше плыл. Только утонул. Сам не знаю как.

Кто тебя видит когда ты приходишь ночью?
В час предрассветный, который зовется волчьим,
Вязким туманом прохладным, густым, молочным,
Ломящим зубы как свежая кровь берёзы.
Кто тебя слышит когда ты поёшь мне песню?
Шёпотом серебристым, льдистым и бестелесным,
Дятел-желна, этот звонкий лесной маэстро,
Снова испортил нам песню, да ну и чёрт с ним…
Ты никогда не входишь без приглашения,
Не надеваешь серебряных украшений,
И почему-то боится тебя священник
Слышавший всё же как пела ты мне и звёздам.
Чувствую теменем мрамор твоих коленей,
Тень моя пахнет как губы твои, сиренью.
… показать весь текст …

Я наверное умер и это по ходу ад.
Я ведь к этому шёл через бездну бесцветных дней.
Принимая как данность впитавшийся в душу яд,
Добываемый мной из текущих по венам змей.

Я наверное умер и это по ходу ад…
Я один, а вокруг только ветер и бесконечный дождь.
Я стакан за стаканом, тринадцатый день подряд
Пью, пытаясь на время унять нутряную дрожь!

Я наверное умер и это по ходу ад…
Сзади, в липком тумане, тоскливо чадят мосты.
Только нету котлов здесь, и грешники не кричат.
И с чертями своими я как-то давно на «ты».
… показать весь текст …